Майкл Мар - Успеть повернуть направо [litres]

Гараж оказался огромным, автомобилей на пять. В нём стоят её минивэн и «БМВ» пятой модели, видимо Ганса, а также какая-то машина, накрытая чехлом. Именно к ней нас Даша и проводит.

– Тада-а-ам! – восклицает она, снимая чехол.

Пред нами предстаёт блестящий, чёрный «Форд Мустанг». Судя по всему, очень старый, но его вид настолько хорош, как будто он только что с завода. Автомобиль натёрт до блеска и сверкает под лампами. Его кузов украшают две белые спортивные полоски. В общем, настоящая старая школа.

– Вау! – восклицаю я, – Клёвая тачка!

– А то! «Ford Mustang GT Fastback». Шестьдесят седьмого года. Ганс столько сил и денег в него вбухал. Собирал по кусочкам, реставрировал, уйму времени провёл под ним. И знаете ради чего? Чтобы один раз в год выгонять из гаража и выставлять на выставке ретроавтомобилей. Ну не мудак?

– А я думала, он примерный семьянин, – издевается над ней Лиза.

– Да. Но это не даёт ему права держать такую малышку взаперти.

– Согласна, машина классная. Но нам в аэропорт нужно.

– Никаких самолётов. Я хочу путешествия. И без возражений! Я слишком пьяна. Кто поведёт? – спрашивает Даша, поднимая над головой ключи.

– Что поведёт? – не врубаюсь я.

– Меня к алтарю! – Даша заливается смехом. – Машину. «Мустанг».

– Ты уверена? То есть ты хочешь, чтобы мы на ней в Лиссабон поехали? – Я в шоке.

– Да! «Мы поедем, мы помчимся на мустанге да на чёрном, ёху-у-у!» – Она на ходу переделывает слова песни.

– Лиз, ты как? – спрашиваю я.

– Ну, я так понимаю, выбора у нас с тобой нет. И самое страшное – мне это всё нравится.

– Тогда решено. Ты за рулём, – говорю я, открывая дверцу машины.

– Хорошо. Но ты с этой психопаткой сзади. И следи за ней.

– Не вопрос.

Пока Даша нажимает на пульте управления гаража код, ворота начинают открываться, мы складываем чемоданы в багажник. По привычке я пытаюсь просчитать степень безумия нашего поступка. Но из этого ничего не выходит, ибо я то ли слишком сонная ещё, то ли недостаточно трезвая. Но через минуту мне становится на всё наплевать.

Когда мы с Дашкой плюхаемся на заднее сиденье, Лиза заводит мотор. Его громкий рык тут же разносится по всему гаражу, дому и, как мне кажется, городу. Лиза от неожиданности вскрикивает, а мы заливаемся хохотом.

– Валим! Валим отсюда! Ганс проснётся сейчас! – начинает верещать Даша.

Сразу после ее команды Лиза врубает задний ход, и мы выезжаем. Она поворачивает направо, в сторону улицы с непроизносимым немецким названием.

– Куда ехать-то? – спрашивает немного погодя.

– Навстречу закату. – Даша всё не унимается.

– Блин, я серьёзно. Щас как увезу тебя обратно в Россию – будешь знать.

– Не, в Россию не хочу.

– Тогда показывай дорогу.

– Ладно. – Даша наклоняется к ней и некоторое время «ведёт» Лизу по улицам Штутгарта, пока мы не выруливаем на трассу.

Какое-то время мы едем молча. Видимо, каждая из нас пытается осознать, что сейчас случилось. И реальность понемногу начинает до нас доходить. А она такова, что три относительно молодые девушки, на относительно угнанной машине совершенно точно едут на самый край Европы. Зачем – никто из них толком не знает. У каждой свои причины, но если взять все вместе, получается, что это групповая истерия. Но вот только никто не сожалеет о сделанном. Во всяком случае, пока. Как пойдёт дальше – посмотрим.

Когда начались развилки, а Даша уже заснула в обнимку с бутылкой, мы остановились, вытащили мой навигатор из чемодана, и я пересела вперёд, чтобы подстраховать Лизу. Она клевала носом, и через пару часов я пообещала её подменить.

Установив навигатор и задав точку назначения «Лиссабон», я откинулась на спинку сиденья и услышала знакомый компьютерный голос своей дорожной подруги:

– Вы прибудете к точке назначения через две тысячи двести двадцать шесть километров. Держите прямо.

– Держусь, sweetie[8], держусь, – шепчу я, смотря вдаль сквозь лобовое стекло.

Глава 11

Франция

Около часа назад я сменила Лизу и села за руль. И уже двести километров, как немецкие пейзажи сменились французскими. Мы неслись по скоростной трассе, и только изредка нам попадались небольшие деревушки и съезды в населённые пункты. Солнце пока ещё щадило мои глаза, и его утренний свет был сзади. Лиза продержалась со мной какое-то время, но, как я и предполагала, быстро заснула, положив голову на ремень безопасности. Я особо не боялась радаров или полицейских, так как машина не моя, а права русские, и гнала примерно сто пятьдесят километров в час. Старалась много не курить, ибо знала, что нескоро удастся позавтракать. Один раз остановилась на заправке, взяла большой кофе с молоком, жвачку, воды и заправила полный бак. Девчонки даже не проснулись.

Дорога была свободная. Изредка мы настигали дальнобойные фуры, которые я быстро обгоняла и снова оставалась одна на трассе.

Я так много летала на самолётах последние годы и так редко водила машину, что совсем позабыла, как мне это нравилось. Просто рулить куда-то, и всё. Главное, чтобы автомобиль был надёжный, ровная дорога, подборка любимой музыки, красивые пейзажи за бортом и, конечно, хорошая компания. Потому что мне всегда казалось, что если едешь куда-то один, то это значит, что ты убегаешь. А если ты с кем-то, то это уже точно путешествие. Неважно, большое или малое, просто вы катите вперёд, обсуждаете что-то, смотрите на новые или хорошо знакомые места, где-то останавливаетесь, общаетесь с людьми, фотографируетесь и все такое. Но в этот раз всё было не так. Да, я в компании старых подруг, да, мы едем, но это нельзя назвать путешествием. Это какой-то особо хитроумный план побега от самой себя. В Москву я вернуться не могла. Мне было больно от одной мысли об этом. Но и то, что я наплевала на работу, на обязанности, тоже не в моём стиле. Как будто мне вернули мои мозги пятнадцатилетней давности – тогда да, от меня всего можно было ожидать. Но самое страшное, что ещё в Германии мне взбрела одна весьма мерзопакостная идея, которую я отрицала как могла, но она всё сильнее въедалась в мою голову: а что, если мы всё же доедем до Португалии, как и задумали, но ничего не изменится? Вдруг эта боль и пустота останутся навсегда, да к тому же к ним ещё присоединится разочарование? Разочарование в самой себе, если я, стоя на том мысе, ничего не почувствую. И придётся играть перед девчонками, что мне стало хорошо и что это путешествие дало мне то, что было необходимо.

От этих мыслей мне вновь стало паршиво. Я включила магнитолу и нашла радиостанцию, по которой крутили Rolling Stones. Вскоре проснулась Лиза, спросила, сколько она спала. Спустя пару минут очнулась и Даша. И вот это уже было интереснее.